Слишком просто: раздвигаю мыслям конечности.
Человечность не пахнет. Человечность – не человечина.
Книги, чтимые как память похоти,
читаются желудком и светятся.
Тихо там! Сказано мало немыслимо!
(Как немыслимо мыло с запахом пота).
В животе у животного ведется работа
по выращиванию резервной копии кого-то там.
В каждом кольце – эволюция ненависти,
ожидание скорого финала и фальши.
Omne animal triste post coitum,
но кто там заботится о каком-то там “дальше”,
если думать и даже шепотом
стыдно!? А может быть, просто хлопотно...
Совершеннейшая бессмыслица
содрогания словом воздуха –
атмосферная колесница
Феба какого-нибудь, или Апполона,
пролетающего, обнаженного,
распаленного метафизикой.
По сравнению с тапирами
Апполоны проигрывают!
Тапиры – молчаливые,
не обнажают свою шизофрению:
исключают кинотеатры,
шоколад, мартини и букеты
несуразных розочек. И как ты там
под всей этой тяжестью ответственности
за мифические обязанности
и придуманные наигранности?
Арифметика складывания двух единиц
дает все равно одну цифру
неважно какого значения,
полярности, бинарности,
неважно какого диптиха,
знака, отражения, квадратного корня,
в который было бы чем зрить! -
ведь можно до посинения выяснять
источник противоречий и бить
друг друга остатками человечности!..
...Или шепотом, губами касаясь раковины,
держа на ладони связующий провод,
совершенно без повода,
(да и кому он нужен этот повод?),
осознав главные истины,
совершив междуполое перемирие,
повторять мантрообразно:
Любимый! Будешь моим тапиром?
Человечность не пахнет. Человечность – не человечина.
Книги, чтимые как память похоти,
читаются желудком и светятся.
Тихо там! Сказано мало немыслимо!
(Как немыслимо мыло с запахом пота).
В животе у животного ведется работа
по выращиванию резервной копии кого-то там.
В каждом кольце – эволюция ненависти,
ожидание скорого финала и фальши.
Omne animal triste post coitum,
но кто там заботится о каком-то там “дальше”,
если думать и даже шепотом
стыдно!? А может быть, просто хлопотно...
Совершеннейшая бессмыслица
содрогания словом воздуха –
атмосферная колесница
Феба какого-нибудь, или Апполона,
пролетающего, обнаженного,
распаленного метафизикой.
По сравнению с тапирами
Апполоны проигрывают!
Тапиры – молчаливые,
не обнажают свою шизофрению:
исключают кинотеатры,
шоколад, мартини и букеты
несуразных розочек. И как ты там
под всей этой тяжестью ответственности
за мифические обязанности
и придуманные наигранности?
Арифметика складывания двух единиц
дает все равно одну цифру
неважно какого значения,
полярности, бинарности,
неважно какого диптиха,
знака, отражения, квадратного корня,
в который было бы чем зрить! -
ведь можно до посинения выяснять
источник противоречий и бить
друг друга остатками человечности!..
...Или шепотом, губами касаясь раковины,
держа на ладони связующий провод,
совершенно без повода,
(да и кому он нужен этот повод?),
осознав главные истины,
совершив междуполое перемирие,
повторять мантрообразно:
Любимый! Будешь моим тапиром?
17 comments | Leave a comment
